ИНСТИТУТ  ИМПУЛЬСНЫХ  ПРОЦЕССОВ  И  ТЕХНОЛОГИЙ

НАЦИОНАЛЬНОЙ  АКАДЕМИИ  НАУК  УКРАИНЫ
ГЛАВНАЯ              МЫ - ПОСЛЕДОВАТЕЛИ             Директор СОРОЧИНСКИЙ А.П.             Директор ГУЛЫЙ Г.А.             Директор ВОВЧЕНКО А.И.         НА ПРЕДЫДУЩУЮ СТРАНИЦУ
            Информация о  А.П. Сорочинском  подготовлены  на основании  материалов,
            предоставленных  к. т. н.  Малюшевским Павлом Петровичем

Александр Петрович Сорочинский.
Взгляд коллеги.

Общее впечатление.
        Скорее полноват. С лицом В.С. Высоцкого. Среднего роста. Шатен.  В разговоре пристально всматривался в глаза собеседника. Неистов и упрям. Не спортсмен. Не жлоблив. Поддавался внешнему влиянию. Ценил инициативных сотрудников. Доверял умникам и умницам.

Характеристика  навскидку.
        Чтобы не говорили классики-знатоки истории, но ход её хоть в маленьком предприятии, хоть в большом государстве зависит, в основном, от личностей, взваливших на себя заботы (чаще всего весьма и весьма не лёгкие) управления ими. Так и полувековая история Проектно-конструкторского бюро электрогидравлики (позже Институт импульсных процессов и технологий НАН Украины) в каждый период развития в большой степени зависела от того директора, который управлял предприятием. Первым директором ПКБ электрогидравлики стал по праву Александр Петрович Сорочинский - создатель, собственно говоря, первого коллектива ПКБЭ и всего предприятия.
        Начало шестидесятых XX века - это славное и дерзкое время послевоенного становления СССР, его Науки и Техники. В тот период наряду с государственными предприятиями, выполнявшими грандиозные государственные программы развития науки и индустрии, вносили свой вклад различные самородные организации "на общественных началах". Они, "как грибы после тёплых дождей", возникали повсеместно на просторах Великой страны, только что победившей во второй мировой.
        В конце пятидесятых в одном из известнейших научно-популярных журналов была опубликована авторская статья изобретателя Льва Александровича Юткина "Электрогидравлический эффект".
        Нужно сказать, что в то время молодежь, в отличие от нынешней (которая в ответ на рекомендации преподавателя типа "прочтите то-то и то-то, дабы улучшить Ваш курсовой проект" бросает: "А хто щас читает??"), читали литературу взахлёб и пытались разобраться в глубокой сущности читаемого. Александр Петрович (я с ним тогда работал в ЦКБ "Черноморсудопроект" в смежных отделах - он - в Спецсекторе автоматики, я - в Корпусном отделе) прочел статью и загорелся целью получить электрогидравлический эффект в Николаеве.
        Своим энтузиазмом (какое забытое понятие, однако) он увлёк большую группу молодёжи и не только - его напористости поддались и так называемые "старшие товарищи": директор Завода железобетонных изделий, секретарь Районного комитета КПУ и другие.
        В ЗЖБИ выделили помещение, дали немного денег на приобретение конденсаторов и благословили создание общественной лаборатории своими руками. Сорочинский успешно потянул за гуж и оказался весьма даже дюж. Он сколотил небольшой дружный коллектив единомышленников, руководил которым буквально по Дейлу Карнеги, не растрачивая силы на дрязги. Он любил повторять различные Правила Карнеги. В частности, "Никогда не пытайтесь свести счеты с врагами, потому что этим вы принесёте себе гараздо больше вреда, чем им... Никогда не думайте ни минуты о людях, которых вы не любите".
        В то время Дейл Карнеги у нас ещё не был издан, и мы зачитывали "до дыр" его работы в списках. Приятно было обнаружить, что наш управитель общественной лаботаторией такой, как сказали бы сейчас, "продвинутый" руководитель. Ведь в общественной лаборатории в свободное от основной работы время трудились энтузиасты не за страх, а за совесть, и такое качество руководителя сделало коллектив монолитным и дерзким в делах достижения цели.
        Через год, весной 1962 года, электрогидравлический эффект сверкнул салютом подводной плазмы и известил николаевскую (и не только) общественность грохотом электрических разрядов. Множество статей об этом событии появилось во всесоюзных газетах. Слава настигла Александра Петровича. Он повёл счет своим удачам, а не своим неприятностям. Точно по Дейлу Карнеги.
Вот теперь пришло время обращаться в высокие инстанции с прошениями о пересмотре статуса "общественная" на "государственная". Александр Петрович к тому времени уже поднатоптался в верхах, знал, что нужно сделать. Он пригласил в лабораторию секретаря райкома КПУ и первого секретаря областного комитета КПУ, естественно, с их аппаратчиками. Продемонстрировал электрогидравлический эффект, не забыв упомянуть про личный вклад каждого из них; подписал у них положительные рекомендации. Съездил в Ленинград в Межотраслевую лабораторию ЭГЭ, созданную когда-то самим Юткиным, но на тот момент работавшей уже без отца-основателя. Там Сорочинский плотно познакомился с работами МЛЭГЭ по созданию технологии и оборудования для очистки литья, уже внедрённых на одном из Ленинградских заводов. Привёз эти данные в Николаев, посетил Черноморский судостроительный завод и заключил два хоздоговора на создание установок очистки литья, что стало хорошим подспорьем в получении лабораторией государственного статуса. В декабре 1962 года этот статус был присвоен путем создания Проектно-конструкторского бюро электрогидравлики.
        На Сорочинского буквально свалился ворох забот. Главная из них - подбор кадров и в первую очередь руководящих.
        Все же тогда это удалось - руководители подразделений оказались толковыми специалистами и дела быстро пошли вверх. Портфель заказов у Александра Петровича был полон: очистка литья, штамповка и развальцовка, дробление гранита на щебень, предпосевная активация семян сельхозкультур, стерилизация виноматериалов, освобождение ледоколов от заклинки в тяжелых льдах. Работа кипела. Александр Петрович мотался по стране, заключал договорные соглашения, а, возвращаясь, пропадал в лабораториях. Воодушевлял коллектив так, как понимал.
        Для осуществления всего этого нужны были деньги (помимо хоздоговорных), и немалые, их надо было тогда так же "выколачивать" в вышестоящих инстанциях, как и сейчас, но Александр Петрович считал, что правительство ну просто обязано было дать средства. А оно не давало! (Да, как и сейчас).
        И вот трудные времена таки наступили. Помнится, что впервые это остро проявилось в год пятидесятилетия Советской Власти, когда к текущим заботам добавились дополнительные по подготовке к юбилейным торжествам. Мы, как говорится, стояли "на ушах" и тут, вдруг, грянул "шкандаль". Сорочинский, к сожалению, никогда не умел внушать своему собеседнику сознание его (собеседника) значительности, причем (опять же по Карнеги) делать это искренне. И вот, решая насущные вопросы ПКБЭ в Госплане УССР, он не нашел общего языка с руководящими чиновниками…

        Еще некоторое время Александр Петрович покомандовал взятым на себя отделом развальцовки в ПКБЭ, а потом уехал в Киев, где организовал Межотраслевую лабораторию электрогидравлического эффекта. Здесь он занялся изучением нового способа лечения ряда заболеваний сосудов с помощью электрогидравлического эффекта. Весьма смелая и оригинальная идея, подтверждённая им практически. По этой проблеме им написана обширная монография "Проблема века - очистка сосудов человеческого организма электрогидравлическим эффектом", получившая высокий отзыв светила медицинской науки академика Н.М. Амосова.
© 2012  Институт импульсных процессов и технологий НАН Украины.
            Все права защищены.